22 мая 2011 г.

Любовный пыл гигантских мадагаскарских тараканов

В популярной прессе появились публикации под хлёсткими заголовками «Тараканы-бисексуалы оказались суперсамцами» (см., напр., http://www.lenta.ru/news/2008/08/25/cockroach/), в которых журналисты оповестили мир о том, что «тараканы-самцы, флиртующие с другими самцами, привлекают самок и оставляют больше потомства, чем их „гетеросексуальные“ собратья».

Соединение столь остро воспринимаемой темы как однополый секс и малосимпатичных многим тараканов органично легло в привычный медиям эпатажный контекст и обеспечило фантастическую популярность этой заметки — причём как в движении гомофильском (геи и би, мол, классные отцы), так и среди считающих себе гетеросексуальными мужчин (если я трахаю всё движущееся, то я — супермужик).

Не вдаваясь, однако, в подробности восприятия медийных посылов широкой общественностью, постараемся разобраться, о чём же на самом деле шла речь в публикации:

Logue D. M. et al. A behavioral syndrome linking courtship behavior toward males and females predicts reproductive success from a single mating in the hissing cockroach, Gromphadorhina portentosa / David M. Logue, Sandeep Mishra, David McCaffrey, Deborah Ball and William H. Cade // Behavioral Ecology. — 2009. — Vol. 20, № 4. — P. 781–788. — Режим доступа: http://beheco.oxfordjournals.org/content/20/4/781.full.pdf+html



Автор, Дэвид ЛОГ, и его коллеги из Летбриджского университета в Канаде принадлежат к бихевиористскому направлению в биологии (сама идея восходит к Лейбницу: «corpus hominis, quemadmodum et uniuscujusque animalis, Machina est quædam», http://www.jehsmith.com/philosophy/2008/07/corpus-hominis.html), которое трактует живой организм как некую машину с набором генетически заданных поведенческих программ (называемых «поведенческими синдромами»), состав и интенсивность которых вариирует у разных представителей одного вида, обеспечивая тем самым его приспособительный потенциал.

Следовательно, одной из задач в этом направлении является поиск и описание таких синдромов, а также открытие их смысла и связи с представлениями эволюционной теории. И если описанию самих синдромов на материале разных видов животного царства посвящена значительная научная литература, то работ о связи элементов поведенческого репертуара с половым отбором совсем мало.

Публикаций же об эволюционном смысле гомо- и бисексуального поведения животных, как утверждает авторесса одного из популярных блогов о биологии Laura M., — и вовсе нет: «Эта статья показалась мне очень интересной. Я прочла множество других работ о животных, таких как жирафы, демонстрирующих гомо- или бисексуальное поведение. Ни одна из них никогда не рассматривала это с эволюционной точки зрения. В этой же публикации говорится о том, как такие случаи могут оказывать благоприятное влияние на выживание таких видов» (http://biologyblog.edublogs.org/2008/09/03/bisexual-cockroach-dad/).

Предоставим, наконец, слово авторам этой нашумевшей работы:

Мы выделили новый тип поведенческого синдрома, названного нами «либидо». Либидо определяется как позитивная связь между ухаживанием за соперником во взаимоотношениях между самцами и ухаживанием, направленным на потенциальную партнёршу для спаривания. У спаривающихся самцов поведенческие реакции, согласующиеся с синдромом либидо, предопределяют репродуктивный успех. Мы сделали вывод, что синдром либидо, связанный с половым отбором, благоприятствующим высокой интенсивности ухаживания за самкой, может быть ответственен за сохранение ухаживания самцов за самцами в данной популяции.

Лабораторные наблюдения показали, что 20% самцов пытались ухаживать за другими самцами, привлекая их с помощью тихого шипения и подталкивающих жестов, при этом те же самые 20% спаривались с самками с «необычной пылкостью», а численность их потомства была, как правило, существенно бОльшей, чем у тех самцов, которые в отношениях с соперниками не проявляли «нежностей».

В целом, авторы очень осторожно подходят к гипотезам, поясняющим этот феномен:

С одной стороны, самки могут выбирать для спаривания тех или иных самцов на основании демонстрируемых последними способами ухаживания. С другой стороны, интенсивность ухаживания может быть связана с другими компонентами мужской плодовитости (напр., подвижностью сперматозоизов). Наконец, слабая положительная связь синдрома либидо и массы насекомого может свидетельствовать о том, что состояние тела претендента на самку также играет определённую роль.


Каков же эволюционный смысл однополого флирта у тараканов?

Считается, что однополый флирт является результатом мимикрии (самцы становятся похожими, химически или биологически, на самок). Учитывая интенсивную конкуренцию между самцами этого вида и заведомую победу крупного самца в ней, кажется разумным, что похожесть на самку помогает избежать траты сил на сопротивление агрессии доминантного самца при сохранении доступа к фертильным самкам (иными словами, доминантный самец не будет отгонять похожего на самку соперника от самок).

Поскольку, как было указано выше, мимикрирующий под самку самец оставляет больше потомства (это, очевидно, способствует сохранению в популяции мимикрии), то авторы предполагают, что данном случае мы имеем дело с альтернативной репродуктивной стратегией, когда самка достаётся не только сильному, но и «хитрому».

Автор:

Комментариев нет: