30 июл. 2019 г.

Mitu õppetundi on vaja

Täna leidsin internetist huvitava tabeli: mitu juhendatud õppetundi on vaja, et jõuda nullist antud keeletasemeni (nt A2 — 200, B1 — 400, B2 — 600 jne). Kui arvutasin, siis nägin — tõeliselt, minu kahe ja poole aasta jooksul, kui ma olin eesti keele õppimisesse sukeldunud, läbisin üle 500 tunni õpetajaga. Tuleb tähele panna, et juhendatud õppetundidesse ei mahu aeg, mis kulus iseseisvaks tööks kodus. Näeme septembris, kas selle tabeli info on õige. Jumal küll, kui kujutan ette, et teoreetiliselt C2-ni on vaja veel kaks aastat, siis arvan, et kergem on end maha lasta!





Читать далее

28 июл. 2019 г.

Moskvas meeleavaldustest

Tundub, et varsti on palju vene pagulasi Eestis, Lätis ja Leedus. Kas see on hea või halb?

Ühest küljest, mida enam on ühiskonna konflikte Venemaal, seda kiiremini algab Ukraina rekonkista Krimmis, Donetskis ja Luhanskis.

Teisest küljest, kolmes Balti riigis ühiskonnaelu muutub vähem stabiilseks, sest vene keelt emakeelena kõnelejate osa ilmselgelt suureneb. Muidugi, nad hakkavad keelt õppima ning tulihingeliselt venevastaseid meeleolusid toetama (see on väga venepärane — vihata, mida varem armastati), aga ausalt öeldes pole võimalik keelt hästi õppida, kui on lähedal suur venekeelne keskkond.

Peale keele need pagulased puutuvad kokku uue elustiiliga — see on väga loomulik. Adaptatsiooni ajal (aasta-kaks-kolm) põgenikud tunnevad sügavat pahameelt ja nad kindlasti hakkavad väljendama oma soovi muuta ühiskonnaelu siinsetes oludes neile mugavamaks. Niisiis, on olemas võimalus, et see pahameel ühendab neid kohalike hallpassikate rahulolematusega Eesti riigi suhtes. Kahjuks, ei tohi ka Venemaa meedia ja FSB agentide propagandistlikku mõju arvestamata jätta.

Kolmas oht on epideemiline: Venemaal vohab HIV-i, hepatiitide ja tuberkuloosi epideemia. Kas saab Balti riikide tervisesüsteem sellise koormusega hakkama? Kas saab väikese Eesti terve ühiskond nende väljakutsetega hakkama?

Читать далее

На события в Москве

Кажется, скоро в Эстонии, Латвии и Литве будет много просителей убежища из России. Хорошо это или плохо?

С одной стороны, чем скорее рванёт за поребриком, чем больше будет там крови и выбитых зубов, тем скорее мы сможем начать развешивать по фонарным столбам тампоны в Крыму, Луганске и Донецке.

С другой стороны, три страны Балтии войдут в зону нестабильности, ибо доля русскоязычных очевидно вырастет. Конечно, они будут учить язык и даже яро поддерживать антироссийские настроения (вот чего не отнять у росиян, так это способности переобуваться), но будем честны — выучить язык хорошо не получится, не потому, что не хотят, а потому, что это почти невозможно, когда рядом большое русскоязычное сообщество.

Кроме языка прибывшие столкнутся с иным образом жизни — это тоже естественно. Во время адаптации (год-два-три) у прибывших будет много злости и недовольства, желания поменять систему на новом месте. И тут есть вероятность, что это недовольство сольётся с недовольством местных серопаспортников... Ну а влияния росСМИ и просочившихся агентов ФСБ никто не отменял.

Третья опасность — сугубо эпидемическая: в РФ бушует скрытая эпидемия ВИЧ, гепатитов и туберкулёза. Готово ли здравоохранение стран Балтии к такой нагрузке? И в целом, готовы ли страны Балтии ко всему этому?

Читать далее

26 июл. 2019 г.

Näete ingleid astuvat üles ja alla

Tõesti, tõesti, ma ütlen teile, te näete taevast avatuna ja Jumala ingleid astuvat üles ja alla Inimese Poja juurde (Johannese, 1 : 51)

Kolme aasta jooksul oleme näinud piketil palju: meid on kiidetud ja kirutud, õnnistatud ning näidatud trääsa, toetatud, rünnatud... Iga kord piketile minnes ei ole võimalik teada, mis juhtub. Väga kurb, et kohalikud ukrainlased arvavad, et see neid ei puuduta, tehku eestlased piketti Ukraina toetuseks. Sellise tausta põhjal, kui meie juurde tuleb keegi, kes ukraina turistina jalutab mööda Vanalinna, siis see on harv juhus, aga rõõmustav üllatus.

Viimane kord meie juurde astus noor pere – ema ja isa väikese tüdrukuga süles. Nad olid üllatunud ning samaaegselt ka inspireeritud, pisarad silmis ei suutnud nad uskuda, et see, mida näevad, on tõsi. Naine hüüdis mehele: «Bohdan, tõmba lipp välja!» ning kollakas-sinine lipp ilmus seljakotist nähtavale...

Hiljem nad kirjutasid FB-s: «Võtke lipp alati endaga kaasa. Lihtsalt alati. Õmblesin selle 13 aastat tagasi. Siis polnud häid lippe müügil. Sellest ajast reisib ta minuga igal pool. On veel üks lipp, mille õmblesin juba sõja ajal, kui polnud piisavalt lippe. Kuid see, esimene, on reisinud minuga kõige rohkem. Täna, juhuslikult, sattusime osa võtma aktsioonist, mille eesti aktivistid korraldasid Ukraina toetuseks. See oli tõeline ime, nii et ma ütlen: alati lipp kaasa!»

Nad olid nii entusiastlikult meelestatud, et see kandus meile üle. Sel hetkel tundus olevat taevast avatuna nähtud. See oli tõeline ime!

Читать далее

Questions on Estonian fiction books

When I arrived in Estonia in 2016, I didn't know anything about this country, except for the fact that Estonia, like Ukraine, was a part of the USSR and its language is quite different from all, which I’ve studied previously. Over time I learnt that modern Estonia steadily supports Ukraine not only on a diplomatic level, but also through individual acts of ordinary people, especially after 2014, when Russian aggression and occupation have started. I felt that I should learn Estonian, because if I speak Russian for example in cafe, I shall not differ from an occupant… Last October, I’ve passed B1 exam and my immersion into Estonian continues — next September I plan to pass B2 exam.

Naturally, studying language, I couldn’t pass by the Estonian history and literature. Unfortunately, my skills do not allow me to read the prominent Estonian authors yet, so I started with modern fiction for both young and adult people (Ilmar Tomusk, Indrek Hargla, translations of Jules Verne, Isaac Asimov etc). At the same time, I continue to read science fiction and fantasy books in Polish, Russian and Ukraine languages, sometimes Belorussian and English and one day, visiting RahvaRaamat bookstore, I realized, that there are fewer books of this kind in Estonian, than for example in Polish (of course, I can be mistaken, because I do not see the whole body of Estonian literature), and that seems to be an interesting question. If it is true, than what the possible reason or number of reasons would be (e. g. small country population, tendency to be rational, knowledge of English, which allows to find non-Estonian books of this genre, or something else). If it is not true, it would be a good idea to make these books more popular.
Читать далее

24 июл. 2019 г.

Свіжа аналітика Світового банку

1) в деяких країнах перекази з-за кордону від заробітчан перевищують доходи від експорту товарів та послуг та складають дуже вагомий внесок у економіку. Напр., у Киргизстані та Таджикістані ці перекази є приблизно третиною GDP;



2) після 2014 року (накладення санкцій на РФ) перекази заробітчан у Таджикістані зменшились майже удвічі;



3) Україна потрапила в десятку країн з найбільшими в абс. числах прибутками від заробітчан



Джерело: http://blogs.worldbank.org/opendata/money-sent-home-workers-now-largest-source-external-financing-low-and-middle-income

Читать далее

22 июл. 2019 г.

«Нечего делить...»

Недавно, два чи три дні тому в одній феміністичній ґрупі почалась (і, здається, досі палає) дискусія — донеччанка описала тяжкі спогади з часів початку окупації і додала, що вона не може спокійно реаґувати, коли російські феміністки кажуть, що нам нема чого ділити... Матір божа, що тут почалось! По-1, оті росіянки образились, бо ми ж, мовляв, не винуваті — то всьо мужикі-казли розв’язали війну, а по-2, у нас проблеми спільні, а Крим і Донбас — то таке, минуще, не до обговорення в пристойному товаристві.

Так от я до чого... мені теж, як донецькому, є що ділити з рузьке швайн — попри те, що дійсно є проблеми спільні у всіх ґеїв пост-совка. Навіть на 5-й рік я не купую нічого їхнього, не літаю Аерофлотом (хоч це дешевше і часто швидше), не ходжу на всяких артистів звідти, які тут ґастролюють, etc.

Але то я — відомий русофоб. Інші активісти і активістки, у яких, здавалося б, мала горіти червона лампочка, бо все вони знають на відміну від умовної тьоті Клави з Нижньозадрипінська, — навіть вони їздять в Маскву прогулятись, здибатись з подругами... Бо що їм ділити? Нарід бо невинний, то все прості люде, які теж страждають!

Звісно, глядячи на це, я прекрасно розумію оту тьотю Клаву, яка голосує за Партію реґіонів — тре жити в мирі, бо і там солдатушки гинуть, обійму всіх, всіх поцілую, нечего нам делить!

Ceterum censeo Mosquam delendam esse

Читать далее

18 июл. 2019 г.

Minu sünnipäevad

Meenutades oma sünnipäevi, saaksin nüüd mõningaid pidutsemise mudeleid eristada.

Esimene mudel oli, kui ma olin väga väike (umbes kuni kuuenda klassini), ma ei saanud, loomulikult, oma pidu ise korraldada ning ema tegi seda, see tähendab: valmistas magusaid suupisteid ja kattis laua, kutsus külalisi, valis ja ostsis kingitusi. Muideks, kingitustest. Õues oli Brežnevi aeg, siis katafalkidega rallid ja perestroika. Poodides olid suured järjekorrad ning ainult külmutatud kilud riiulitel. Häid riideid ei olnud võimalik leida. Väikese poisi jaoks kõik need asjaolud ei olnud kõige aktuaalsemad küsimused elus, ta elas oma ulmemaailmas ning seepärast, kui talle kingiti, näiteks, riideid, ta kurvastas ja nuttis «Tahan midagi muud, kalkulaatorit või kompassi…».

Teine mudel oli, kui ma ise oma kodus või ühikas tegin palju süüa (püree, grillitud karbonaad, juust, hapukurgid, tomatid, õunad, valge vein, tee, kohv ja kindlasti jäätis), kohtusin mõnede klassikaaslastega või ühikanaabritega, kes tulid kingitustega (ma palusin neil tulla kingitusteta). Mida kingiti? Tavaliselt kribu-krabu: kruuse, razeerimistarbeid, viltpliiatseid, õnnitluskaarte, teepakke, kohvipurke jne.

Kolmas mudel — pidu minu laboratooriumis Donetski Keemia Instituudis. Sünnipäeva eelsel hommikul enne tööd läks sünnipäevalaps kauplusest läbi, ostis vajaliku võileibadeks (tavaliselt need olid: sprotid, suitsuvorst, pasteet, tomatid), loomilikult puuvilju ning veini ka. Instituudis sel päeval mitte keegi meie osakonnast ei töötanud — ühed olid ootamas, teised (enamasti naisterahvad) aitasid sünnipäevalapsel ettevalmistusi teha — apelsini, õunu, vorsti lõigata, sprotte leivale panna. Kell kaks tuli osakonnajuhataja, see oli signaal, et alustame: kõik külastajad võtsid pokaalid kätte, seisid laborilaudade kõrvale ja siis edasi nagu alati — alguses komplimendid, siis lihtsalt lobisemine tühjast-tähjast.

Samamoodi pidutsesime siin, Eestis, aga igal pool ühesugune rituaal muutub aegapidi väsitavaks ja igavaks. Seetõttu tekkis neljas mudel — ei korraldata midagi teiste jaoks, pidutsetakse üksi, pühendatakse see päev iseendale, tehakse midagi mõnusat. Olgu see päev mitte eriti meeldejääv — peaasi, et ta on minu oma!

Читать далее

14 июл. 2019 г.

Спадок радянщини

В одному відеоблозі для естонських школярів я почув про економічні наслідки перебування в СРСР: якщо на момент Жовтневої революції розмір прибутку особи в Естонії і Фінляндії (обидві були частинами Росімперії) не відрізнялись, то на 1991 рік (момент розвалу СРСР) кожний естонець був у середньому уп’ятеро бідніший за жителя Фінляндії.

Зараз, через більш ніж два десятиліття, естонці дещо скоротили цю різницю (тепер прибутки відрізняються приблизно в 2,5 рази), але ще не наздогнали фінів — от така вона спадшина клятої минувщини. І тут у мене виникло закономірне питання: Україна ще довше перебувала в тенетах «руського міру», чи означає це, що ми наздоганятимемо навіть маленьку Естонію приблизно наступну сотню років — за умови, звісно, що нічого гіршого не трапиться?
Читать далее

Беглые заметки о Финляндии в целом

Когда вы прибываете в Хельсинки на пароме (на самом деле, это достаточно большие круизные суда), то первое, что видите — большой и не очень чистый порт. Впрочем, большая часть вокзалов и портов не могут похвастаться идеальной чистотой. Вы садитесь на трамвай или такси, едете дальше, но совсем рядом с портом проезжаете большого писающего мужчину — очевидно, брюссельский мальчик вырос, переехал в Хельсинки, но привычкам не изменил.



Потом вы гуляете по Хельсинки. Если брать известные по гидам туристические места, то ничего особенного — это центр города, многое в пешей доступности, но впечатления так себе, город как город. Много строек, ремонта, пыли и неудобств. А вот если отъехать дальше от центра, туда, где нет толпы, супермаркетов и вокзалов, то вам откроется другая, более размеренная, ненапряжная жизнь, старающаяся быть в гармонии с природой.

В этот раз я особо не останавливался в столице, меня ждал оперный фестиваль в Савоналинна, маленьком (33 тыс. населения) городке на востоке Финляндии. Там эта вписанность в природу ощутимее. Вот вид из окна городской квартиры: лес, скалы, кикиморы (с кикиморами я загнул, но почему бы не представить, что в этих лесах и болотах они ещё обитают?). Это так называемый «финский стиль» в урбанистике, когда здания вписываются в ландшафт так, чтобы ничего из ландшафта не уничтожить, горы не выровнять и долы не засыпать. Если вы посмотрите на гранитные скалы, которые на поверхность выступают везде, иногда даже доминируют, то поймёте истоки этого стиля — любое растение, растущее здесь, в прохладном северном климате, где мало солнца, оказывается ценностью.



Здесь можно было бы порассуждать о свойственном уральським народам анималистическом восприятии мира, но тут мы скатываемся в область непроверяемого. Очевидно одно — природу здесь любят, даже автобусные остановки возле деревень делают так, чтобы они были как бы на рубеже природы и культуры, а пункт сбора бытовых отходов не был бы местом нечистоты.



Немного о языке. Вполне естественно, что на пароме из Таллинна и даже в трамвае возле порта в Хельсинки слышна преимущественно эстонская речь. Значительно большим сюрпризом для меня стало то, что эстонский можно услышать повсюду в Хельсинки — начиная от сферы обслуживания и заканчивая проповедью в церкви. На вопрос, а где же финны, мне отвечено: «в Таллинне развлекаются». А эстонцы в это время зарабатывают в Финке — как украинцы в Польше и как сами поляки в Германии. Но вот стоит выехать из Хельсинки и тогда окружение становится преимущественно финноязычным. Впрочем, сюрпризом оказалось и то, что даже мой далеко не свободный эстонский позволял понимать повседневные диалоги и объявления на финском. Правда меня на эстонском финны не понимали — и другой язык, и ужасный славянский акцент... Проще было донести свою потребность на английском.

Финский хлеб ужасен. Не в том смысле, что плоха мука или несвеж, а потому, что сама технология приготовления даёт на выходе твёрдый кирпич. Белый, чёрный, серый — неважно. Важно то, что им можно бить неприятеля.

Ну а море… море и рано утром, и вечером сейчас, в середине лета, очень спокойное и очень красивое.



Читать далее

De angelorum vita ehk Märgid

Sel korral minu reis Savonlinna ei läinud hästi. Mis juhtus? Vaatamata sellele, et jõudsin kohale peaaegu ilma seiklusteta, kuid kontserdile ma ei pääsenudki. Asi oli selles, et kontsert pidi olema vanas kirikus, mis asub 30 km kaugusel linnast. Nagu tavaliselt, festivali korraldajad andsid bussi, aga…

Juhtus õudne «miscommunication» nagu kirjutati järgmisel päeval. Festivali veebilehel oli eraldi info «Kuidas etendusele jõuda?», kus olid ka festivali bussi väljumisajad. Vastavalt sellele infole läksin ma peatusesse 30 min varem. Armuline taevas andis mulle märku linnuna, aga mina ei ole augur: üks kalakajakas istudes laternapostil hõikas mulle midagi väga kõvasti, kui ma läksin sellest postist mööda, ta tõusis õhku, lendas järgmise posti otsa ja hüüdis taas midagi… see kajaka tegevus kordus kogu minu teekonna vältel bussipeatuseni. Nii tüütu kajakas! — mõtlesin… Kuid bussi ei tulnudki. Ma olin hirmus vihane, sest reis siia, mis kestis 8 tundi, oli asjatu! Ma tahtsin Miikaeliks saada, tule ja mõõga kihutada, patuseid hingi pärapõrgusse ajada… Selle asemel tulin ma koju, tegin kohvi, sõin õuna, leidsin Mozarti CD ning jäin magama. Niimoodi sai kuri peaingel taas inimeseks


Читать далее

13 июл. 2019 г.

Savonlinna

У середині літа в маленькому містечку посеред сходу Фінляндії була страшна спека, +12. Змучені морозивом і нарзаном люди освіжались на Синьому озері (район такий, що куди б не вийшов, обов’язково увіпрешся у воду). Ну а я, гуляючи, натрапив на маленьку Катедру — в 1940 році, під час Зимової війни з рашкою, її було зруйновано бомбами, але нема ради, відбудували, і не забули.



Всяке сусідство з москальщиною добра не несе — перед Зимовою війною, у 1918 була так звана Громадянська війна, коли фінські т. з. пролетарії, червоні фіни, хотіли возз’єднання з пролетаріями на сході, а фінські селяни і підприємці, білі фіни, чомусь цього не хотіли. І перед Катедрою є маленький цвинтар тих, кого тоді розстрілювали. На камнях дати 1900–1918, 1902–1918, 1897–1918: пацани 16–19 років. А туристи... туристи з рашки лізуть — на рыбалку под ключ. Нашо та війна, жерти неси!
Читать далее

9 июл. 2019 г.

Читаючи класиків

Абсолютна влада розбещує абсолютно — мабуть, чули такий вислів. Історична література не завжди була науковою, часто вона була полемічною, себто пропаґандистською. В дитинстві мені дуже подобався «Священний вертеп» Лео Таксіля, потім було «Життя дванадцяти цезарів» Светонія, потім багато всього іншого.

Коли гормони буяють, то є дуже сексуальне чтиво. Опис діянь принцепсів і первосвященників то такий гардкор, яким певно надихається німецьке порно.

Ось один приклад: Життєписи дванадцяти цезарів, Нерон: «Свою ж невинність настільки розтратив, усе своє тіло настільки осквернив, що вигадав зовсім нову забаву: накинувши звірячу шкуру, вискакував із клітки та накидався на чоловіків та жінок, прив’язаних до стовпів, ґвалтував їх, а коли вдовольняв свою дику хіть, віддавався вільновідпущенику Дорифору, із яким одружився так само ж, як одружив на собі Спора, а коли сходився, то голосом та стогоном вдавав ґвалтовану дівчину…»

Гай Светоній Транквілл. Життєписи дванадцяти цезарів / перекл. П. Содомори. — Львів : СПОЛОМ, 2012. — 280 с.

Читать далее

7 июл. 2019 г.

Laulupeo rongkäik Tallinnas

Vaatamata sellele, et kolm aastat olen Eestis elanud, ma ei ole näinud nii palju erinevaid eesti rahvariideid — ainult muuseumides. Laupäeval ma otsustasin laulupeo rongkäiku vaadata, mis marsib mööda Tallinna tänavaid otse Lauluväljakule. Ma oletasin, et on palju pealtnägijaid, sest kell 12.30, pool tundi varem, tulin Narva maanteele, Metodisti Kiriku ette. Kõnniteele, maantee äärde, panid inimesed juba taburette ja vaipu — kas tõesti, mõtlesin, üritus on nii pikk? Jah, koorid läksid 5 tundi! Paistis, et rongkäigul ei olevatki lõppu! Lauljad kõndisid, me hõikasime «Elagu perekoor!», nad vastasid «Elagu pealtvaatajad!», «Elagu mudilaskoor!» — «Hurraaa!», «Elagu poisid!» — «Tulge peole!»…




Minu taga seisis kolm noort naist, kes mälusid nätsu ja vahetasid repliike: «через час к парикмахеру», «тут постоим», «тю, смотри, дурацкая шляпа», «понадевали, и что?», «фу какое платье», «а перчатки — в жару — дебилы» (noppisin nende emotsioonidest kõige viisakamad). Kui nad lõpuks juuksurisse läksid, mulle tundus, et on kergem hingata. Samal ajal vaadates pealt seda tohutut kostüümide vaheldusrikkust mõtlesin, et kõik pidulikud rahvariided (mitte ainult eestlastel, ma ei taha neid solvata — ukrainlastel ka) on tihti liiga värvilised, ebafunktsionaalsed meie praeguses linnatähenduses, need võivad loomulikult meile paista veidratena või isegi naljakatena, sest kõik need mustrid ja värvid tekkisid muul ajal ja teistes olukordades. Kuid ometi keegi võtab rahvariiete elemente ning omades head maitset konstrueerib oma stiili, siis tulemused saavad olema suurepärased: niimoodi — veidi arhailiselt, vaid ka väga auväärselt olid rongkäiguks riietunud Eesti president Kersti Kaljulaid ja koorijuht Hirvo Surva.

Viis tundi päikese all ning järgmisel hommikul vaatas mulle peeglist vastu minu päevitanud nägu.

Читать далее